16 Июля 2017

БАНЕВУР

Продолжение, начало в прошлых номерах

Документ рассказывает: «1922 года 18 дня (месяц не указан – Прим. авт.). Крепость Владивосток. Я обер-офицер для поручений при Информационном отделении Милицейско-Инспекторского отдела МВД прапорщик Герман на основании положения «О мерах к хранению Государственного порядка и Общественного спокойствия» расспрашивал нижепоименованного в качестве обвиняемого, который показал: Цапурин Андрей Христофорович1». Далее Цапурин рассказал, что с 1917 года состоял в Союзе молодёжи, затем в Интернациональном Союзе молодёжи, в комсомол вступил в 1920 году. 15 января 1921 года был командирован в Москву на Всероссийский съезд. Правда, что это был за съезд арестованный не сказал. Известно, что в 1921 году состоялся IV съезд РКСМ, но это было в сентябре. 16 марта 1921 году в Москве открылся Х съезд РКП(б), возможно, что именно туда  и был делегирован Цапурин – по тем временам в пути предстояло провести не менее месяца. Но следователя этот факт не интересует, не интересовался он и вопросом: каким образом комсомолец пробирался в Москву. 
В комсомоле получал зарплату в 100 золотых рублей в месяц2. О своей работе показал, что выполнял мелкие задания организации «…ездил с информацией куда пошлют – на Сучан, или ещё куда, распространял литературу и выполнял всякую мелкую техническую  работу3»
По поводу отобранной у него типографии он сообщил, что печатал на ней газету «Красное знамя», которая в то время не была запрещена, а типография газеты «Юный Коммунар» находится в Анучино4.
Рассказал он следователю обо всех членах Приморского областного Комитета: Манюшенко Александра – находится в Чите, Яншин Михаил – уехал в Москву, Гладких Пётр – после переворота был в Никольск-Уссурийском, теперь неизвестно где, Помилуйко Александр, который был арестован, а теперь освобождён, не знаю, где.
Также Цапурин рассказал, что в Совет Приморского Тройки входили он, Александр Помилуйко и Шнайдер Виктор. Ответственными секретарями были Помилуйко и Шнайдер. 
Милиции попал в руки экземпляр доклада о деятельности Приморского РКСМ, который был направлен в Читу, он, вероятно, и заинтересовал следствие. Цапурин: «По поводу отобранных у меня документов, касающихся Владивостокской организации РКСМ, показываю». А показал он, что не знает, кто его писал. Об имуществе организации, которое указано в злополучном докладе  показал, что всё оно сожжено в доме Профсоюзов, а подробности должен знать Помилуйко. Секретный шифр также знают Помилуйко и Шнайдер, а Цапурину он неизвестен. Также указал местонахождение других комсомольцев:
Марченко, Лежнев, Боронский Валя, Эстрович, Баневур, Илюхов Иван, Матюшенко, Гершторн, Яншин, Бирбраев – уехали в Анучино. Лоскутов, Кошкаров, Помилуйко – находятся в области,  Авксентьев Иван, где находится, не знаю.
Также следователя интересовали клички комсомольцев, арестованный их перечислил: Митя – Часовитин, Коля Хмурый – Коношенок, ДРО – Дробов, Валя – Боронский, Андрей – Цапурин, Виктор Ман – Эстрович, Иван – Климачёв, Ася – фамилию не знаю, Кошка - Кошкаров5.
На первый взгляд, предателем комсомольской организации является А.Х Цапурин, один из организаторов и руководителей комсомола края. Ан нет. Комсомольцев по доносу арестовали раньше, чем произошёл арест самого подследственного. Да и сам протокол допроса вызывает много вопросов. Конечно, Андрей Цапурин рассказал следователю только то, что можно. До комсомольцев, имена и клички которых он назвал, добраться не было никакой возможности. Подследственный явно водит следователя за нос, а Герман, как и в случае с Помилуйко, делает вид, что этого не замечает. Он аккуратно записывает его ответы в протокол, также не задавая дополнительных вопросов. То ли ему было скучно вести это дело, то ли он имел на этот счёт какие-то инструкции. Так или иначе, но из следственных дел Помилуйко и Цапурина следует, что комсомольцы Приморья белые власти мало интересовали, и вся героика о них появилась в годы Советской власти и является художественным вымыслом или обычным хвастовством участников тех событий.
А вот одно имя из активных членов Владивостокской комсомольской организации порождает один важный вопрос. Цапурин перечислил тех, кто остался во Владивостоке: «… в городе только один Митя Часовитин и более пожалуй никого, если не  считать Шаю Коган6». На самом деле Часовитин в то время находился в партизанском отряде, а вот почему «…если не считать Шаю Коган»? Видимо, следователю хорошо известно, где она находится и чем занимается. Ещё деталь: говоря о неизвестной ему Асе, Цапурин говорит, что все сведения о ней «…может дать Шая Коган, которая имела с ней больше соприкосновений, чем я7» Несколько слов из Дела налагают на Ш. Коган серьёзные обвинения, но документальных подтверждений нет.
Из всего вышесказанного напрашивается простой вывод: комсомольскую организацию Владивостока никто не громил, а, следовательно, Виталию Баневуру с Марией Фетисовой ничего не нужно было восстанавливать. А предателями были сами организаторы комсомола Приморья – Александр Васильевич Помилуйко-Баянов и, возможно, Шая Коган.
Партизанский отряд
«О его деятельности стало известно белогвардейцам, и они объявили награду за его голову», поэтому наш герой вынужден был покинуть Владивосток. 
Летом 1922 года Баневур оказался в комсомольско-молодёжном партизанском отряде им. Карла Либкнехта, которым командовал А.С. Топорков, но в боевых действиях не участвовал. Отряд оперировал в районе Угольная-Раздольное-Никольск-Уссурийский. Баневуру была поручена работа среди сельской молодёжи. Он проводил культурно-просветительские мероприятия, рассказывал о комсомоле. По непроверенным  данным создал несколько комсомольских ячеек по близлежащим сёлам.
Никакая контрразведка Баневура во Владивостоке не искала и, тем более, за его голову наград не объявляли. Реальная версия оказалась более чем прозаична. Генерал М.К. Дитерихс, осуществлявший на тот момент всю полноту власти в Приморье, объявил о мобилизации молодёжи в «Земскую рать». Чтобы избежать призыва, часть комсомольцев решили спрятать в тайге. Пятёрка Баневура не была столь важной для работы. Потому Виталий и оказался за пределами города.
Гибель Баневура
Первая версия классическая: 17 сентября 1922 года белые взяли в плен «руководителя комсомола Приморья» Баневура, страшно его пытали. Ставили босыми ногами на раскалённые угли, подвешивали за связанные сзади руки, выворачивая суставы, применяли иные бесчеловеческие пытки. В конце концов, рассекли ему грудь и, ещё у живого, вырвали из груди сердце. Белобандиты пытались узнать у него о расположении партизан в районе, об их вооружении. Ужасно, и даже несколько поэтично. Вероятно, вырванное из груди живое сердце, должно было подспудно напоминать многим поколениям комсомольцев о светящем людям сердце Данко8.
   Известный в Приморье бывший чекист и разведчик, а затем мемуарист и писатель Д. Федичкин, увидел ещё больше: «Я видел его после жесточайших пыток. Виталия искололи штыками, на спине вырезали и содрали полоски кожи, на груди, против сердца вырезали пятиконечную звезду, через которую, еще у живого, вынули сердце. По свидетельству крестьян, белогвардейцы, пытая Виталия, договорились между собой колоть его штыками так, чтобы не умертвить»9.
Георгий Туровник 
Действительный член РГО 
(продолжение следует)

----------------------------------------------------
1. Протокол допроса А.Х. Цапурина. ГАХК ф. 352, оп. 2, д. 1, л. 1.
2. В Царской России офицер в чине подпоручика получал 23 рубля золотом.
3. Протокол допроса А.Х. Цапурина. Там же. л.2.
4. Протокол допроса А.Х. Цапурина. Там же. л.2.
5. Протокол допроса А.Х. Цапурина. Там же. л.4.
6. Протокол допроса А.Х. Цапурина. Там же. л.3.
7. Протокол допроса А.Х. Цапурина. Там же. л.3.
8. Горький А.М. Старуха Изергиль.
9. Федичкин. На пути врага.

Календарь новостей
Пн.
Вт.
Ср.
Чт.
Пт.
Сб.
Вс.
 
 
 
 
1
3
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
Новый выпуск